ГАЗОВЫЙ ГАМБИТ. Новая шахматная игра Союзного государства с Газпромом?

19 декабря 2022 года, впервые за более чем три года, с официальным визитом посетил Минск президент России Владимир Путин. Центральными вопросами являлись нерешенные проблемы социально-экономического сотрудничества: снятие разрешительных принципов на предоставление транспортных услуг для белорусских компаний в России, отмена запрета на поставки продукции 50 белорусским предприятиям и, конечно же, вопрос с формированием единого рынка газа.

Выполнение последней задачи, как оказалось, было сорвано. В конце визита было объявлено, что стороны договорились о «взаимовыгодной цене на газ на ближайшие три года». Однако за неделю до Нового года условия контракта так и не были объявлены.

Отсрочка рынка газа?

Создание единого рынка газа откладывается уже который год, а сам процесс переговоров достаточно закрыт. По результатам переговоров в Минске единственной информацией о газовом рынке стало то, что он заработает лишь через три года, то есть в 2025 году, а до этого времени нас ожидает определенный тариф на три года, который, по заявлениям Александра Лукашенко, «приемлем для белорусской стороны».

При этом в союзной программе по формированию единого рынка газа в рамках СГ указывался 2024 год как срок его запуска между Беларусью и Россией. То есть налицо очередной перенос решения газового вопроса. В чем же дело?

Позиция Беларуси

Разберем причину такой сложности в переговорах. В российских СМИ зачастую подают тему газа как очередного выпрашивания белорусской стороной преференций по газовым тарифам. Однако для Беларуси вопрос стоит немного по-другому. Равные условия предусматривают не удешевление газа для Беларуси, а единые правила ценообразования для всех субъектов хозяйствования. Это вызвано тем, чтобы разница тарифов между Беларусью и Россией приводит к сложностям в конкурентоспособности для особо энергоемких производств.

К примеру, сахарная промышленность Беларуси сильнейшим образом терпела от неравных условий. Белорусский сахар оказался неконкурентоспособным не только на российском рынке, но и у себя на Родине – в Беларуси. Отсутствие границы, таможни и инструментов ограничений привело к вытеснению части белорусской продукции не только с российского, но и из внутреннего рынка. Поэтому равенство цен на газ при наличии экономического союза является жизненно важным для будущего белорусской промышленности.

Белорусская сторона лоббировала еще при заключении Договора о ЕАЭС внедрение единых механизмов ценообразования и равного доступа всех газодобывающих компаний стран ЕАЭС. То есть Беларусью предлагается снять российское ограничение на поставки газа за рубеж исключительно Газпромом, дать равный доступ к газотранспортной системе другим российским компаниям с перспективой доступа туда и казахстанских, создать евразийскую биржу газа, где все субъекты хозяйствования сначала в рамках СГ, а после и на всей территории ЕАЭС смогли на равных приобретать газ.

Позиция Газпрома

Понятно, что данная позиция коренным образом не устраивает Газпром. Российская компания при реализации этих норм не только теряет монополию на торговлю газом в Беларуси и других странах ЕАЭС, но и не сможет диктовать тариф вне рыночного механизма.

Имеются последствия и для российских производителей. Создание единого рынка газа ликвидирует их тарифные преимущества и не даст возможности демпинговать свой экспорт в другие страны ЕАЭС.

Поэтому Газпром пытается при формальной реализации единого рынка газа закрепить свою монополию на белорусском рынке при помощи скупки белорусской газораспределительной системы Белтопгаз. Это даст возможность Газпрому диктовать свою тарифную политику по прокачке газа вне зависимости от поставщика. То есть, какую бы низкую цену поставщик газа ни предоставил Беларуси, у Газпрома будет иметься монопольный инструмент ее повысить до нужного компании уровня, а моржу присвоить себе.

Имеется и еще один момент. Далеко не каждый конкурент Газпрома, будь-то из России или Казахстана, будет согласен на поставки газа в транспортную сеть, принадлежащую Газпрому. Тем самым позиция ведущей газодобывающей компании России направлена на установление своей монополии при помощи скупки газораспределительных сетей.

Евразийская газовая «шахматная доска»

Таким образом, вся интеграционная риторика вокруг единого рынка газа оказывается огромной шахматной партией в борьбе за энергетическое господство в ЕАЭС. Переговорная стратегия российской стороны понятна – перевести переговоры из многостороннего формата в двухсторонний. Это связано с консолидированными позициями других стран ЕАЭС, что проявлялось в откровенных спорах на заседаниях евразийских саммитов. Перевод Беларуси из газовой шахматной партии ЕАЭС в двухсторонний формат СГ сопровождался с увязкой всех других 27 дорожных карт и, прежде всего, снятием барьеров и ограничений в торговле с газовой картой. Беларуси было обещано более раннее начало функционирования единого рынка газа в рамках СГ, чем в ЕАЭС.

Для Газпрома раскладывание переговоров по газу со странами ЕАЭС по разным корзинам оказалось достаточно выгодным. Нет консолидированных позиций, имеется индивидуальный подход к странам и регионам. В частности, чтобы обезопасить себя от возможного появления казахстанского газа где-нибудь в Армении или Беларуси, Газпром пытается продвинуть единое соглашение по газу в формате тройки (Россия, Казахстан и Узбекистан). В случае удачного исхода это позволит Газпрому иметь прямой доступ на рынки Узбекистана и Кыргызстана и ограничивать экспортные потуги Казахстана в другие страны ЕАЭС.

В конечном счете Газпром пытается реализовать то, что было предложено еще в 2003 году Анатолием Чубайсом – строительство «России как либеральной, энергетической империи». Да, газовая политика Газпрома оказалась провальной в Украине и Прибалтике. Оказались никчемными попытки приобрести польский «Orlen», а на северные потоки были потрачены миллиарды долларов, которые вряд ли себя оправдают. Зато за двадцать лет экспансии Газпром скупил газотранспортные системы Армении и Кыргызстана. В последний российская компания и вовсе продает как посредник, в том числе узбекскую нефть. Белорусский «Белтрансгаз» не устоял перед российским гигантом в 2011-м. Теперь время пободаться за газотранспортную систему Беларуси – «Белтопгаз». Сможет ли Минск защитить свою собственность или же она станет новой добычей восточного энергетического гиганта? Этот вопрос является одной из центральных интриг евразийской интеграции.

Стоп «белоруссизации» России?

Еще одной проблемой в Союзном государстве оказалась глубокая научно-техническая неподготовленность России к санкциям со стороны Запада, последовавшим после начала СВО. Потребность в скорых антикризисных решениях привела к ускоренной кооперации с Беларусью, фарсированному импортозамещению через инструменты Союзного государства, что не может не волновать часть российского истеблишмента. Уже раздаются голоса об опасности копировать в России «белорусскую модель». В частности, близкий к башне системных либералов Кремля политтехнолог Евгений Минченко в интервью одному из ведущих российских изданий уже заявил, что «белорусский авторитарный капитализм» «приведет к снижению устойчивости России перед внешними вызовами».

Нервозность и опасения части элит по «белоруссизации» России понятны. Стиль и логика управления совершенно противоположны тем, которые были заложены в России в 1990-х. Но промкооперация и импортозамещение все-таки сохраняют самостоятельность субъектов хозяйствования, чего не скажешь про анонсированное введение планирования в рамках Союзного государства, о чем заявил Александр Лукашенко на встрече с В. Путиным в Минске.

Более того, «белоруссизация» России сломает привычные прибыльные схемы и баланс сил, что не устраивает значительную часть элит. Беларусь уже по итогам года представляет особый промышленный район для российской экономики, по некоторым технологиям и компонентам критически важный. А это в том числе инструмент влияния Минска на Москву в переговорах, который при реализации программ импортозамещения будет только возрастать.

Сказывается здесь и фактор плотности общения и доверия Александра Лукашенко и Владимира Путина, что не может не влиять. Как результат, всегда толерантный к крупному капиталу Президент России 26 декабря резко раскритиковал крупных олигархов, пытающихся «усидеть на двух стульях». Под ними он подразумевал тех, кто выводит капиталы из страны, завязан на недружественные государства и ставит свои цели выше общенациональных.

Звуки, подающиеся частью истеблишмента, – это определенные звоночки из глубины элит, начавшегося броуновского движения, которое может стать определенным тормозом интеграции в будущем. Пресловутые сислибы и так достаточно много потеряли в результате СВО. Но эти потери были связаны в основном с внешним давлением. «Белоруссизация» России для сислибов – это уже внутренний, системный вызов. Газпрому и другим крупным российским корпорациям хочется скорее сохранить свой статус «государства в государстве», нежели подчиняться планированию в рамках Союзного государства. И они в интеграционной шахматной партии будут делать все от себя зависящее, чтобы сохранить свою самостоятельность.

close

Подписка на новости

Подпишитесь, чтобы получать эксклюзивные материалы и быть в курсе последних событий!

Мы не спамим! Прочтите нашу политику конфиденциальности, чтобы узнать больше.