ПАДЕНИЯ И ВЗЛЁТЫ ДУХА. Чему научила Чернобыльская катастрофа

Один мой знакомый вспоминал как-то 1986г., уже после катастрофы. На Чернобыле чего-то там устанавливали, все очень боялись, что рванёт.

Их класс собрала училка, занавесила окна, выключила свет и сказала: «Дети, если будете хорошо себя вести и сидеть тихо, придёт ветеран». Дети затихли в наступившей тьме, в ватно-марлевых, пошитых мамками повязках. А может, и не было повязок, меня-то там не было уж так точно. Но представляются повязки, тишина и глазёнки, вопрошающие во тьме.

В общем, сидели, ждали. И точно, некоторое время из мглы, звеня медалями, явился ветеран, включил свет и провозгласил: «Всё в порядке, дети. Можете расходиться. Его опустили».

Что они там опускали, бог знает, я в технической стороне не силён. Но ветеран был информирован, и дети с облегчением разошлись по домам.

Вот и сегодня широкие народные массы, пусть по другому поводу, но пребывают в ожидании ветерана. Хотя, в отличие от тех мудрых детей, не молчат, а несут всякую чушь. И что бы ни возвестил тот самый грядущий ветеран, по головке он никого не погладит. Положа руку на сердце, он будет прав, конечно.

Чернобыль же, да, явился великой нашей трагедией, вошёл в историю и жизнь, обрёл измерения и смыслы. Академик Легасов сравнивал ту аварию с последним днём Помпеи. Легендарный блюститель саркофага знал, что говорил. Чернобыль действительно стал провозвестником грядущего крушения. И дело не в катастрофичности: в истории XX в. хватает техногенных катастроф.

Главное то, что чернобыльский взрыв сорвал покровы и осветил личины. Как любят выражаться марксисты, обнажил противоречия. Пропасть зазияла между гражданами одной и той же страны. Вопиющее человеческое неравенство было явлено городу и миру.
Не социальное – социально как раз все оставались более или менее подровнявшимися под эгалитарную советскую гребёнку – но антропологическое. Экзистенциальное, если хотите. Люди разных времён, разных мировоззрений, оказалось, сосуществовали на одной и той же земле, в одних и тех же условиях.

В этой трагедии задействовано необычайно и неожиданно много достойных человеческих типажей, людей фантастической по теперешним временам отваги и фантастического же бескорыстия. Спокойные, простые, чуждые рисовки идеалисты, для которых естественным было свариться в радиоактивном омуте за други своя, фаталистичные и безупречные разгребатели чужих ошибок, на уровне подкорки чуждые подлости и стяжательства – как много, оказывается, было их в позднем советском обществе!

Der Neue Mensch, новый человек, о котором мечтали герои Чернышевского и Достоевского, высветился вдруг отблесками чернобыльского сполоха в снулом вроде бы постбрежневском обществе, стал вдруг заметен на трагическом историческом повороте. Этот человеческий типаж сам оказался неизбывно трагичен. Он принадлежал будущему, которое так и не наступило.
И, рядом, бок о бок – совершеннейшие подлецы и трусы, впавшие в саботаж исключительно из-за карьеры или барахла. Паникёры, много лет брякавшие языками храбрые слоганы и теперь загребающие чернобыльский жар исключительно чужими руками. Невежды, берущие под козырёк.

Выкарабкавшиеся на вершину пирамиды убеждённые приверженцы слогана «умри ты сегодня, а я завтра», не стеснявшиеся отправлять ближних в пекло, пакуя в это время манатки.

Мы увидели две страны, два Совдепа, друг с другом совершенно несовместимых. Было ясно, что останется только один. И было ясно, на кого их этих двух станет опираться горбачёвское руководство страны, к какому лагерю само оно принадлежит. А выбор руководства в сверхдисциплинированном Союзе советских являлся решающим.

Ну, это уже история; а хочется просто отдать должное тем, кто тушил пожар. Большинство из них, впрочем, и принадлежит истории – хотя бы по факту своего нынешнего небытия. И кто-кто, а эти люди заслужили, чтобы о них помнили.

С памятью действительно нехорошо получилось. Хорошо хоть англичане три или два года назад сняли нашумевший сериал, всколыхнули интерес к теме.

Очередные наши духоборы тогда, помнится, очень возмутились «клюквой» и исторической неправдой, разбросанной по данному художественному (sic!) произведению.  Между тем, все недостатки мало чего значили перед тем фактом, что впервые более чем за 30 лет (!) в героической саге показаны были реальные герои и спасатели, давно заслужившие воплощения в искусстве.

Ни белорусы, ни украинцы, ни русские снять такой сериал – именно художественный, полный драматизма, предчувствия и страстей – не сподобились, и даже не думали об этом. Хотя должны были. Но вместо этого воспевали Сашу Белого с его «бригадой». А Чернобыль вспоминали разве что в компьютерных играх про тамошних мутантов.

И невероятную историю спасателей по капельке сливали в унитаз. Неистового Легасова по-крысиному уничтожили в номенклатурно-академических дрязгах, и память о нём потихоньку заметали в угол, как нерадивая хозяйка сор. Бо неудобный персонаж.

А бритты взяли и сделали героическую сагу. Глядя на всё это, разумеется, со своей, не самой дружественной к насельникам здешних земель колокольни.

И вот наши ценители начали с кропотливым удовольствием выискивать в ней клюковки. Тут выискивай не выискивай, но сделали это они, а не мы.

И если уж говорить о пресловутой духовности, то её долгожданным проявлением будут произведения о героях, которые появятся, наконец, здесь, на наших землях. Землях, которые эти герои спасли.

close

Подписка на новости

Подпишитесь, чтобы получать эксклюзивные материалы и быть в курсе последних событий!

Мы не спамим! Прочтите нашу политику конфиденциальности, чтобы узнать больше.