Конец весны и начало лета 2022г. гарантированно войдут в новейшую экономическую историю Республики Беларусь как период борьбы за ценовую прозрачность и стабильность. Цены – серьезный противник: до сих пор белорусские крепкие хозяйственники проигрывали сражения такого рода.
Наблюдаемая в последние 2-3 года попытка подойти к ценовому регулированию системно – первая в новейшей истории: до этого имел место ситуативный микроменеджмент, в свое время описанный главой государства в знаменитом афоризме «Схватились за яйца – масло исчезло». Пока и яйца, и масло, и регуляторный задор в наличии, а особых альтернатив госрегуляции нет и не предвидится.
Не будем ханжами: во второй половине 2010-х гг. правительства сперва Андрея Кобякова, а затем Сергея Румаса, столкнувшись с предыдущим кризисом, уповали в основном на рыночные механизмы насыщения внутреннего рынка и удовлетворения спроса. Считалось, что частный бизнес вот так вот все бросит, выйдет из кэша и крипты, рискнет немногими капиталами и осчастливит белорусов необходимым количеством товара по равновесной цене, после чего все будут жить долго, счастливо и законопослушно. Как показал политический кризис 2020г., во многом спродуцированный именно социально-экономическими трендами конца 2010-х, расчет крепких хозяйственников на Невидимую Руку Рынка не оправдался.
Именно в конце 2010-х гг. началась перестройка функционала МАРТ РБ – государство стало разбираться с ценами и инфляцией предметно и детально. Юридически все государственные регуляторные требования к ценообразованию были объединены аккурат нынешней весной – 7 апреля 2022г. Совмин опубликовал постановление № 214 «О регулировании цен».
Откуда растёт регуляция
Тогда же на горизонте замаячила вершина регуляторной активности правительства – утвержденная 29 июня «Программа действий по стабилизации цен, совершенствованию методологии ценообразования и контрольной деятельности по соблюдению законодательства о ценообразовании на 2022г.».
В основном, кстати, программа состоит не из административных, а из экономических рецептов по удовлетворению внутреннего спроса, совершенствованию ценообразования и контроля, борьбе с инфляционными ожиданиями и пр. Документ позиционируется как стратегический, однако оценить, насколько верна избранная стратегия, можно будет лишь по мере его реализации. На практике окажется большой удачей, если в жизнь воплотятся хотя бы несколько ключевых положений программы.
Справка «НДГ». По оценке КГК, насыщение внутреннего рынка товарами планируется осуществить через легализацию параллельного импорта, комплекс мер по замещению импорта сельхозпродукции, совершенствование системы стабфондов. В сфере административного и экономического регулирования предлагается перевод расчетов за энергоресурсы на российские рубли, пересмотр программ по снижению затрат, совершенствование госзакупок, корректировка перечня товаров, подпадающих под ценовое госрегулирование. Кроме того, в программе фигурируют совершенствование методологии ценообразования и контроля, внедрение единой централизованной цифровой платформы в социальной сфере, продление соглашения о скидках, мониторинг цен на импорт, внедрение аналитической системы мониторинга цен путем контроля кассового оборудования и т.п.
Власть подгоняет ухудшающаяся экономическая конъюнктура: довольно очевидно, что мировой рост цен на энергоносители, сырье, продовольствие негативно скажется на всех слоях населения, но в первую очередь – на малообеспеченных. При этом возможности оперативного реагирования на ухудшение ситуации ограничены в силу санкций (в первую очередь вторичных) и в целом состояния внешних рынков. Поэтому регуляторная активизация безальтернативна – чтобы подстелить соломку на всякий случай, нужно хотя бы иметь ее в достаточном количестве.
При этом повторимся: госрегуляция нарастает сейчас во всем мире. Например, в США администрация Джо Байдена в 2021г. на полном серьезе и высшем уровне обсуждала цены, размер упаковки, цепочки поставок и логистические издержки применительно к подорожавшему мясу, а в 2022г. делает то же самое уже применительно к автомобильному топливу и нефтепродуктам, а также планирует введение «чрезвычайного климатического положения». В Америке такого не было со времен Великой Депрессии. Grabbed the eggs – the oil is gone? Ну да, схватились за яйца – масло исчезло.
Видимая рука регулятора
Ни правительству, ни МАРТ, ни КГК не стоит ни стыдиться, ни оправдываться. Да, бизнес-сообщество болезненно воспринимает участившиеся проверки, но в целом есть понимание, что в текущей ситуации они оправданы. В целом опыт госрегулирования на продовольственном рынке позитивный – базовые продукты в наличии, уверенность в том, что голод нам не грозит, создана.
Справка «НДГ». По данным МАРТ, за 6 месяцев 2022г. в рамках контроля за ценовой ситуацией на потребительском рынке установлено 569 фактов несоблюдения требований нормативных правовых актов, регулирующих вопросы ценообразования, направлено 191 предписание (рекомендация) об устранении нарушений, меры административной ответственности и профилактического характера применены в отношении 284 виновных, штрафные санкции по рассмотренным административным делам составили BYN1183,8 тыс. (в том числе по материалам прошлых лет).
Та же ситуация с т.н. «социальной скидкой» – по существу, МАРТ обобщил и вывел на более высокий уровень опыт самих ретейлеров, связанный с их дисконтными программами. Возможно, реально полученный от дисконтной госпрограммы эффект оказался меньше ожидаемого, однако это реальный инструмент стимулирования спроса, поэтому в июне его действие продлили до конца года.
Справка «НДГ». 15 июня 2022г. МАРТ и ретейлеры подписали допсоглашение о продлении до конца 2022 г. возможности получения социальной скидки в размере 10% на социально значимые товары пенсионерам, инвалидам, родителям (законным представителям), воспитывающим ребенка-инвалида в возрасте до 18 лет, многодетным семьям, малообеспеченным слоям населения.
Можно бесконечно хихикать над попытками тех или иных госорганов регулировать и контролировать все на свете, однако смешки стихнут, если посмотреть на динамику доходов населения и розничной торговли. Проблема тут вот в чем: если бизнес в ожидании экономического апокалипсиса сворачивает инвестиции и «режет косты», то население в этой ситуации минимизирует потребление – меньше покупает, предпочитая сбережение. И в том, и в другом случае и бизнес, и население, по существу, работают на сокращение экономической активности, т.е. на кризис.
Справка «НДГ». По данным Белстата, розничный товарооборот в I полугодии 2022г. составил BYN32 млрд., или 99,6% в сопоставимых ценах к уровню I полугодия 2021г., однодневный розничный товарооборот на душу населения с начала года – BYN19 против BYN16,6 за аналогичный период 2021г., розничный товарооборот организаций торговли (93,2% розничного товарооборота) – BYN29,8 млрд., или 100,4% в сопоставимых ценах к соответствующему периоду предыдущего года, оптовый товарооборот – BYN65,6 млрд., или 85,4% в сопоставимых ценах к уровню I полугодия 2021г., товарооборот общепита – BYN1,9 млрд., или 101,7% к сопоставимому периоду.
Реальные располагаемые денежные доходы населения в январе-мае 2022г. сократились к аналогичному периоду 2021г. на 2,1%.
Регуляторный практикум
О том, почему государству придется все крепче держать руку на пульсе потребительского рынка, красноречиво повествует история очередного сахарного ажиотажа – повышенный спрос, оголение прилавков, панические слухи.
Сахар – товар из тех, про цены на которые на Белстате пишут как про подверженные колебаниям сезонного или административного характера. Сколько существует независимая Беларусь, столько в июле-августе на потребительском рынке наблюдаются эксцессы, связанные с сахаром. При этом ответственные должностные лица от всей души стремятся успокоить граждан. Увы, слова успокоения не всегда действуют.
Вот и на этот раз: как уверяет начальник управления координации поставок товаров на внутренний рынок и внешнеторговой деятельности концерна «Белгоспищепром» Игорь Груцо, в первые две недели июля значительного роста среднедневной отгрузки сахара не было. «Отгружали около 800 т в сутки, это даже несколько меньше, чем мы ожидали. Поэтому та ситуация, которая сейчас возникла, уверен, через сутки-двое сойдет на нет, потому что нет никаких ни внутренних, ни внешних причин для дефицита, для роста цен. Никакого повышения цен мы не планируем», – заявил Груцо.
Справка «НДГ». По данным, приведенным «Белгоспищепромом», запасы сахара у концерна составляют свыше 111 тыс. т на складах. Они сформированы из расчета, что в июле-августе население покупает около 20-25 тыс. т в месяц. Сахар нового урожая пополнит склады через полтора месяца.
Ну вот, а теперь давайте, не ставя под сомнение статистику «Белгоспищепрома», вносить в неё коррекцию. Население, вполне информированное о надвигающемся продовольственном кризисе, а также о военной эскалации в Украине, действует в дедовской логике: сахар, спички, соль. Скорее всего, оно планирует заготовить в этом году для индивидуального потребления больше «закаток», чем в прошлом, а заодно и сформировать индивидуальные запасы сахара дома – там, куда не дотянется Невидимая Рука Рынка.
Еще один фактор возгонки спроса – покупка сахара гостями Беларуси из близлежащих стран, въезжающими в страну для ознакомления с нашей стабильностью (у них сахар дорог). Возможно, разница с расчетными 20-25 тыс. т в месяц ничтожна, но она локализовалась там, где сахаром затаривалось максимальное количество покупателей, и уже сформировала панические ожидания, тоже подстегивающие спрос.
А если бы цены на сахар регулировала не Видимая Рука Государства, а Невидимая Рука Рынка? Рост цен был бы резким, болезненным и завершился примерно через месяц-два после нового урожая и сезона «закаток». Оплатили бы все, как обычно, наименее обеспеченные слои населения за счет отказа от заготовок.
Регуляторный практикум без сахара
За пределами потребительского рынка тоже есть спрос на регуляторные действия в отношении цен. Например, 18 июля вступил в силу документ, позволяющий Минстройархитектуры регулировать цены на товары, используемые в строительстве и производстве стройматериалова. Почему? Да потому что если цены не регулировать, они подскочат до уровня внешних рынков. После чего еще дышащий белорусский стройкомплекс остановится: изменение себестоимости строящихся объектов исключит нужду в их дальнейшем строительстве – теперь можно будет не потеть, раз уж чересчур дорого. Заодно прахом пойдут все усилия правительства по поддержанию строительной отрасли в последнее десятилетие.
Справка «НДГ». Согласно постановлению Совмина №69 от 12 июля 2022г., для производителей норматив рентабельности, включаемой в отпускные цены на товары такого рода, определен в 20% (без учета транспортных издержек). Если товар предназначен для реализации на торговых объектах – 15% к плановой себестоимости производства и реализации (без учета расходов на транспортировку). Для импортеров предельная максимальная надбавка к контрактной цене и расходам по импорту установлена в размере 15%, для оптовиков – 10% (независимо от количества посредников). Не допускается увеличивать цены на товары более чем на 30% в годовом выражении по сравнению с ценами, установленными на 1 января.
Строительство – это всегда стимулирование спроса в куче смежных производственных отраслей, в каждом шлакоблоке с торчащим из него куском арматуры масса мультипликаторов: цемент, графий, металл, транспорт, энергия и т.п. Если придушить стройкомплекс в процессе нащупывания дна, то потом, когда от дна придется отталкиваться, он может и не сдюжить, что прямо отразится на ВВП. Вот поэтому за пределами потребрынка государство отрегулировало в первую очередь цены на стройматериалы.
