Военная «спецоперация» российских войск в Украине, запустившая невиданную для России и Беларуси санкционную блокаду, не могла не сказаться на отечественном рынке труда, который затрясло, пожалуй, похлеще, чем в 2020 г. с началом мировой пандемии COVID-19. По просьбе «НДГ», ситуацию прокомментировал интерим-менеджер, председатель правления Ассоциации кадровиков Вадим СОРОКА.
– Можно ли охарактеризовать отечественный рынок труда как до и после 24 февраля – даты начала вторжения в Украину?
– О конкретных трансформациях на рынке говорить еще рано – прошло только чуть больше месяца. Но то, что произошедшее 24 февраля для многих стало шоком, – факт. Здесь вполне уместна аналогия с начало пандемии COVID-19 в начале 2020г. – срок адаптации на рынке труда в новой реальности занял несколько месяцев. Сейчас тоже идет переформатирование бизнес-процессов и управленческих решений – под новые реалии и будет подстраиваться рынок труда.
После 24-го масса людей стала искать подработку. На инструментарии по поиску работы регистрировалось по 30-40 человек в день из Бреста, Гомеля и других областных центров, в Минске – 15-20. Что в 3 раза выше, чем было ранее. Подработка – это клининг, обшепит, охранники, строители… Уже как неделя-полторы резюме стало меньше. Но тенденция сохраняется – еще год назад зарплата в BYN700-800 считалась более-менее средней, но теперь это в прошлом.
– Уже сейчас специалисты фиксируют тенденцию сокращения количества вакансий и плавный рост количества резюме. Подтверждаете?
– Вполне. В любой ситуации нестабильности люди либо, так сказать, замирают или начинают быстро двигаться. Первая реакция – буду искать новую работу, но не бросать старую, потому как в ситуации повышенной неопределенности уходить в никуда явно опрометчиво. Поэтому количество резюме возрастает.
Справка «НДГ». По данным rabota.by, в среднем в начале марта по сравнению с серединой февраля вакансий стало на 18,5% меньше. Самое большое падение – в Гомельской области (почти на 22%), Минске (почти на 20%) и Брестской области (почти на 18%).
– Еще среди HR-специалистов говорят, что впервые за несколько лет наш рынок труда стал работодательским. Это как?
– Кто диктует условия на рынке труда? Если работодатель – вот тебе столько-то денег, приходи и работай. Это значит, что у работодателя есть деньги и у него есть предложения по труду, а люди остались без работы на фоне повышенной безработицы. Рынок труда работника – это когда большой спрос на трудовые ресурсы, берут более или менее подходящего кандидата и готовы платить, чтобы хоть кто-нибудь работал. Мол, есть заказы, но существует дефицит рабочих рук с соответствующими компетенциями.
Но нельзя говорить о рынке огульно – есть сектора, где работники всегда диктовали условия, а не работодатель. До пандемии у нас был преимущественно рынок работника, однако с примерно с 2012г. начался процесс релокации квалифицированных кадров за рубеж, пошла мягкая кадровая ротация. Въезжали же в страну люди не высокоинтеллектуальных профессий, а, в основном, рабочих специальностей.
– Наступили времена, когда лучших сотрудников можно нанять и за более адекватные деньги?
– Я бы так не сказал. Шоковых ситуаций у нас и до нынешних времен хватало. А вообще мечта любого работодателя – за маленькие деньги найти золотую голову, приносящую доход. Кому так повезет, тот делает хорошее состояние. Для госаппарата это тоже находка – идеален тот, кто не требует повышения социальных льгот, зарплаты, кто приходит утром на работу, а вечером уходит.
Сейчас эта мечта выражается в том, что станет шире выбор кандидатов и мы за адекватные деньги возьмем того работника, которого у нас не было. Факты же показывают, что это далеко не так – найти хорошего специалиста за адекватные деньги не так-то просто. Хороший спец знает свой уровень, он будет выбирать выгодное предложение даже в суперсложных ситуациях, и он знает, как торговаться.
Здесь еще накладывается и ситуация на рынке – закрывается часть бизнесов, идут сокращения на госпредприятиях, но большого всплеска безработицы не ощущается. В основном ищут подработку, но прямого массового поиска рабочих мест пока нет. И нет ощущения, что люди готовы толпами куда-то переходить. Все в ожидании. Нет объективных данных, сколько людей нашли новую работу или организовали какое-нибудь свое дело.
– Утверждается, что сильнее всего сокращения найма новых сотрудников коснулся сферы информационных технологий, маркетинга, рекламы, пиара, туризма и HORECA…
– НОRECA сокращается с 2020г. – с начала пандемии. Состояние туротрасли очевидно всем. Плюс повышение продуктовых трат населения – денег у него остается все меньше. Что будет с рынком рекламы после нормотворческих новаций – типа указа о 20-процентном отчислениях за размещенную рекламы на нужды госСМИ – тоже неясно. С маркетингом та же картина – старые информационные потоки не работают, а новые еще не созданы. На ИТ-рынке – схожая ситуация, обострившаяся с довольно массовой релокацией айтишников.
– В России уже начались проблемы на кадровом рынке после ухода нескольких сотен мировых брендов. У нас эта история повторится?
– В отсутствии достоверной статистики можно делать только недостоверные выводы. Да, заявления от иностранных представительств известных брендов у нас были, но лично я не видел снятые вывески и освободившиеся площади в торговых центрах. Я беседовал с руководством одного известного бренда одежды: они получили «сверху» указание сворачивать бизнес, но без какой-либо конкретики по срокам и процедуре.
Хотя исход западных брендов весьма вероятен. Кто-то утверждает, что это вызовет прирост безработицы. Возможен и такой сценарий. Но пока делать выводы преждевременно.
– EPAM уже заявил о приостановке найма сотрудников. Есть ли еще примеры подобного рода. Принимают специалистов на ключевые позиции и приемлемой зарплатой?
– Официальных данных нет. На рынке говорят, что все зависит от заказчиков компании. Если это североамериканский аутсорс, то уже фиксировались случаи, когда заказчики отказывались от сотрудничества с нашими разработчиками – под предлогом «вы живете не в той стране». Так что речь уже идет не столько о качественном исполнении заказа. Тоже касается и тех, кто работал дистанционно в маркетинге и рекламе с западными компаниями.
–Каких работников сегодня нанять проще всего?
– Бездельников, которые хотят получать, ничего не делая (смеётся). Прямо сейчас высок спрос на рабочие и инженерные специальности, в первую очередь, для госпредприятий.
Источник: Rabota.by
– Люди сходят с ума от новостей с украино-российского фронта – это отражается на трудовых ресурсах?
– В разгар ковидной пандемии рынок столкнулся с мощным психологическим давлением. Сейчас психоэмоциальный фактор только усилился на фоне жесткого информационного давления – и это не только фронтовые сводки. Например, для психики достаточно травматична ситуация, когда при устройстве на работу в некоторых организациях от тебя требуют правильно ответить на вопросы в духе «чей Крым». Мол, возьмем на работу кандидата пусть в 10 раз тупее, зато правильно отвечающего. Причем, это касается не только госсектора, где, чтобы занять какую-либо значимую должность, надо пройти специальную проверку. Отсюда размежевания в трудовых коллективах, конфликты. Людям сегодня просто необходимы эмоциональные разгрузки – хотя бы иногда посещать бассейн, сеансы психотерапии, делать массаж.
Справка «НДГ». Вадим Сорока, кандидат психологических наук, председатель правления Ассоциации кадровиков, директор ООО «СЕРВИС КАДРОВ», ООО «Управленческое консультирование Сорока и К». Работал на управленческих должностях в сфере HR в крупнейших компаниях Беларуси и РФ («Фенокс», «Атлант–М», «Алютех», РАО «ЕЭС» и др.). Победитель Всероссийского конкурса «организация системной работы с персоналом». Дипломант Всероссийского конкурса “служба персонала и автоматизация”. Отмечен благодарственным письмом Национального союза кадровиков РФ. Имеет многолетний практический опыт выполнения работ по организационному развитию, системы управления персоналом, построению систем мотивации и оплаты труда в производственных, строительных, торговых, IT – компаниях, холдинговых и сетевых структурах.
Беседовал Игорь Вершинин
