МЕШКИ, ВЕРШКИ И КОРЕШКИ. ЕАБР прогнозирует падение ВВП Беларуси в текущем году на 6,5%

«Экономики региона в новой реальности» – так озаглавил свой свежий макроэкономический прогноз на 2022-24гг. Евразийский банк развития (ЕАБР). Новая реальность, если честно, так себе: санкциями по самое «не могу» обложили не только нас, но и нашего главного стратегического партнера; в мире сырьевой и инфляционный шторм; лихорадит рынки продовольствия и энергоносителей; привычные цепочки поставок и бизнес-модели трещат по швам. Но трезвый взгляд на вещи – основа антикризисного менеджмента. Готовимся сперва падать, а потом отталкиваться от дна.

Из-за последней санкционной волны, связанной с военной эскалацией в Украине, экономика Беларуси понесла серьезный урон. ЕАБР считает, что в I квартале 2022г. она вступила в фазу рецессии: «Снижение сезонно сглаженного показателя ВВП наблюдается уже на протяжении трех кварталов подряд». В феврале-марте сполна проявился эффект санкций, уже введенных и спешно вводимых, в первую очередь сказавшись на обрабатывающей промышленности, транспорте и оптовом товарообороте.

Справка «НДГ». По оценке ЕАБР, ВВП РБ в январе-марте сократился без учета сезонного фактора примерно на 0,6% к IV кварталу 2021г. и на 0,4% к аналогичному периоду прошлого года. Динамика экономической активности заметно ослабла в феврале-марте, когда ВВП сокращался более чем на 1% месяц к месяцу без учета сезонности. В марте отмечен временный всплеск потребления товаров (+11% г/г), связанный с ажиотажным спросом из-за ослабления рубля, повышения инфляционных ожиданий и расширения санкций.

Негативные тенденции в белорусской экономике не просто параллельны ухудшающейся глобальной конъюнктуре, а во многом являются её производными. Рестрикции коллективного Запада выступают своего рода мультипликатором отрицательных тенденций внешних рынков. ЕАБР характеризует мировую конъюнктуру весьма негативно – фактически он сообщает, что дело идет к глобальной рецессии. В сущности, те же прогнозы господствуют в англоязычных деловых СМИ.

«Мировая экономика входит в период турбулентности, – констатируют аналитики банка. – Реализация в начале года геополитических рисков резко усилила негативные настроения на рынках и практически обнулила надежду на скорое возвращение мировой экономики к устойчивому экономическому росту. Цены на энергоносители, продовольствие и удобрения достигли многолетних максимумов, что только усугубило обострившуюся в прошлом году проблему инфляции… Мировая экономика сейчас вновь переживает комбинацию шоков предложения и спроса. Это чревато ускоренным расшатыванием постпандемийного восстановительного процесса и высокой вероятностью рецессии в крупнейших мировых экономиках в 2022-23гг.».

Мы экспортоориентированная экономика, поэтому нам прилетает дважды – извне и изнутри. Чтобы минимизировать риски и устранить последствия негативных воздействий, придется очередной раз перестраиваться. «Как именно перестраиваться?» – спросите вы. Свой вариант ответа на этот вопрос в ближайшее время даст экономический блок Совмина РБ, а пока оценим масштаб и причины угроз.

Против физики не попрёшь

30 мая неожиданное для многих заявление сделал на очередном совещании глава государства. Внимание Александра Лукашенко привлекли две позиции белорусского товарного экспорта, во многом справедливо считающиеся ключевыми. Это калийные удобрения и нефтепродукты, доля которых в суммарном объеме экспорта составляет около 13%.

Понятно, ситуация с калием и нефтянкой отразилась на результатах промышленности в целом: «Надо отметить, что это крайне важные для мирового рынка товары, по которым наметился просто бешеный рост цен». В связи с чем «без того, чтобы в текущей ситуации возить калий мешками или дизель бочками, мы не обойдемся», метафорически обозначил задачу активизации сбытовых усилий президент.

И дал жесткое указание: «Засучить рукава и отрабатывать каждый контракт вручную. От специалиста до премьера, а где необходимо, подключайте и президента».

В общем, понятно, что лежит в основе так ярко описанной Александром Лукашенко ситуации. Сырьевой бум на внешних рынках полностью перекроил ценовые лекала мировой экономики: «НДГ» уже писала, что в глобальном разрезе мы имеем дело не просто с кратковременными ценовыми скачками, а с новым масштабом цен, в основе которого бесконтрольная эмиссия центробанками недружественных стран во время пандемии и на стадии постпандемического восстановления. С другой стороны, санкции деформировали цепочки поставок подсанкционных предприятий – как отечественных, так и российских.

Белорусский калий изгнали с терминалов Клайпеды, российская нефть торгуется с дисконтом (или премией за риск, если угодно) в 25% и т.п. При растущих ценах физические объемы продаж упали. Вроде бы возросшие цены содействуют экспорту, однако режим санкционно-торговой войны урезает его объемы.

Справка «НДГ». По данным ЕАБР, экспорт товаров из РБ в I квартале 2022г. упал на 19,1% к аналогичному периоду 2021г. в физических объемах. При этом в марте поставки сократились на 36,3% год к году после уменьшения на 17% г/г в феврале и на 1,1% в январе.

ЕАБР в своем прогнозе пишет ровно про то же, о чем говорил Лукашенко: «Такая динамика преимущественно объясняется сокращением поставок за рубеж продукции попавших под ограничения отраслей, в первую очередь калийных удобрений и нефтепродуктов». И про палку о двух концах в виде высоких цен на сырье и энергоносители тоже упоминает: «Поддержку экспорту продолжает оказывать ценовой фактор», однако «по мере сокращения поставок значимость ценового фактора будет ослабевать».

Бесконечно балансировать падающие объемы растущими ценами не получится, увы. В 2021г. контуры этой ловушки еще только намечались, в нынешнем же году она оформилась в серьезную проблему, требующую, по выражению главы государства, «бочек» и «мешков» для своего разрешения.

Справка «НДГ». По подсчетам ЕАБР, в I квартале 2022г. экспортные цены увеличились почти на 30% к аналогичному периоду 2021г. При этом физические объемы импорта товаров в I квартале 2022г. сократились на 12,7%. Падение поставок в марте составило 33,2% год к году.

По прогнозу банка, «в ближайшие месяцы можно ожидать сохранения слабой динамики импорта в условиях ослабления инвестиционной и потребительской активности».

Как ни крути, указание президента напрячься и активизировать сбыт как нельзя кстати: нужно успеть отхватить кусок от затухающего восстановительного спроса и сгладить падение физических объемов.

Внутренний рынок: сила и слабина

Применительно к ситуации на внутреннем рынке ЕАБР признает то же, что и белорусские эксперты: после резкой встряски в марте инфляционный импульс потихоньку начинает затухать, до осени можно расслабиться. Как обычно, после валютной бури наступает чересчур гнетущее затишье с бескомпромиссно укрепившимся рублем. ЕАБР считает его переоцененным, однако, вероятнее всего, коррекция курса произойдет, как водится, осенью.

«Ослабление белорусского рубля с начала года преимущественно связано с сокращением валютных экспортных доходов в марте и ростом девальвационных ожиданий, – констатируют аналитики ЕАБР. – В то же время сокращение импорта и ограниченные возможности покупки валюты населением сдерживали масштаб ослабления рубля. В апреле белорусскую валюту также поддержал временный фактор – конвертация валютной выручки экспортерами для уплаты квартальных налогов. В результате, по нашим оценкам, белорусский рубль сейчас переоценен к корзине иностранных валют и прежде всего к доллару и евро. Степень этой переоценки будет снижаться по мере роста влияния внешних ограничений на сальдо внешней торговли».

Так или иначе, главный итог первых весенних месяцев 2022г. – то, что в условиях, когда в США и ЕС наблюдаются привычные для Беларуси масштабы инфляции, а наложенные на нашу страну санкции носят беспрецедентный характер, белорусская нацвалюта устояла и продемонстрировала способность отыгрывать утраченные позиции.

Справка «НДГ». По данным ЕАБР, с начала 2022г. белорусский рубль ослаб на 9,4% к корзине иностранных валют. Инфляция по итогам апреля 2022г. достигла 16,8% год к году. Месячный рост потребительских цен без учета сезонности в апреле оценивается в 1,7%, что заметно выше прошлогодних темпов (в среднем 0,8% в месяц).

Тем не менее, самое главное уже случилось: «Подстройка цен под изменение валютных курсов и взлет инфляционных и девальвационных ожиданий преимущественно произошла. Инфляционное давление сохраняется со стороны роста издержек вследствие выстраивания новых транспортно-логистических цепочек и высоких цен на товары в мире». Чем быстрее новые цепочки поставок (хоть в мешках, хоть в бочках) окажутся выстроены, тем более быстрым и коротким окажется для белорусской экономики путь преодоления кризиса. Пока же ЕАБР прогнозирует в течение II квартала инфляцию 17-19% в годичном сопоставлении, а мы, в свою очередь, будем надеяться, что сезонные дефляционные импульсы будут сдерживать и сокращать этот показатель.

Между НЭПом и мобилизацией

В общем, подходим к самому волнующему – прогнозу. Мрачным он, на самом деле, казаться не должен: в ситуации, когда против отечественной экономики работают почти все возможные факторы (санкции недружественных стран, разрыв или деформация цепочек поставок, сокращение спроса в России, которой пророчат потерю 11,2% ВВП, и т.п.), виды на будущее от ЕАБР выглядят не так уж и плохо – по меньшей мере, лучше наиболее алармистских ожиданий.

ЕАБР специально подчеркивает значимость вторичных эффектов наблюдаемого спада: сокращение доходов предприятий и населения, рост неполной занятости и безработицы, уменьшение объемов инвестиций, сжатие потребительского спроса.

«Пространство для бюджетной и денежно-кредитной поддержки экономики ограничено», – констатируют аналитики банка. Заодно они справедливо сетуют на то, что запрет на доступ к передовым технологиям и мировому рынку будет негативно влиять на экономический рост страны в долгосрочной перспективе.

Справка «НДГ». По оценке ЕАБР, при базовом сценарии ВВП Беларуси сократится в 2022г. на 6,5% и на 3% в 2023г. Совокупные потери ВВП за 2022-23гг. могут составить почти 10% к объему 2021г. Слабый восстановительный рост в размере 1,5% ожидается в 2024г. В текущем году экспорт может недосчитаться примерно 20% (порядка $10 млрд.). Инфляция по итогам 2022г. прогнозируется в размере 18%, в 2023г. ожидается её замедление до 8%.

Чисто для сравнения: в апрельском прогнозе для Беларуси Всемирный банк (ВБ) предсказывает падение ВВП на 6,5%, инфляцию в размере 21,1%, сокращение экспорта на 14,2%, импорта – на 18,6%. На момент калькуляции прогноза ВБ, правда, не вступили в силу санкции по грузоперевозкам, потому они не учитывались.

Если сопоставлять цифры от ЕАБР и цифры от ВБ, то очевидно, что где-то ожидания жестче, где-то мягче, однако ключевой показатель – падение ВВП на 6,5% – симптоматично совпадает. Да, это кризис, и нам опять предстоит мобилизоваться для его преодоления.

Население и бизнес традиционно наиболее нервно реагируют на один из параметров прогноза – инфляцию. ЕАБР полагает, что «подстройка цен под изменение курса рубля, скорее всего, завершится в 2022г., что будет способствовать ослаблению инфляционного давления». Нетрудно догадаться, что спрос со стороны населения и организаций сократится, что позволит несколько сбить её темпы.

С одной стороны, «пространство для повышения цен у организаций может быть ограниченным в условиях сдержанного потребительского спроса», с другой – «выстраивание новых логистических цепочек с высокой вероятностью продолжит оказывать проинфляционное влияние». Вот потому-то глава государства советует не медлить и сокращать это проинфляционное влияние за счет наращивания сбыта хоть мешками, хоть бочками.

ЕАБР тут, пожалуй, мало чем может утешить: «Объемы и темпы переориентации выпадающего экспорта, а также вторичные эффекты снижения валютной выручки на потребительскую и инвестиционную активность в настоящее время невозможно оценить с высокой точностью. Угроза ужесточения ограничений сохраняется, а перспективы скорого налаживания цепочек поставок неочевидны». В условиях давления и неопределенности что государство, что обычная коммерческая организация обычно перестраивают режим функционирования.

В какую сторону его перестраивать? «Минимизации негативных последствий, помимо наращивания социальных расходов, могла бы способствовать широкомасштабная поддержка малого и среднего бизнеса (МСБ) в форме максимального снижения регуляторной нагрузки, – считают аналитики банка. – Раскрепощение предпринимательской инициативы, даже в небольшой ее части, может ускорить адаптацию экономики к новым условиям».

Советские и постсоветские хозяйственники для описания этого комплекса мер обычно используют термин НЭП. Хотя, если оценивать такую экономическую политику, то никакая она не новая – обычная дерегуляция, вызванная состоянием экономики. Между тем, в публичном пространстве (что у нас, что в России) господствуют мобилизационные настроения, недавно заставившие зампреда Совбеза РФ Дмитрия Медведева (на фото) предостеречь от повторения опыта «военного коммунизма».

В конечном итоге, экономическому блоку правительства и АП в очередной раз предстоит искать оптимальный баланс между мобилизационными и дерегуляционными мерами, чтобы экономика перестроилась после стадии наращивания экспорта мешками и бочками, без которых сегодня явно не обойтись.

Справка «НДГ». По расчетам ЕАБР, быстрая адаптация может снизить экономические потери и ограничить масштаб падения ВВП примерно 3-5% в 2022г.

close

Подписка на новости

Подпишитесь, чтобы получать эксклюзивные материалы и быть в курсе последних событий!

Мы не спамим! Прочтите нашу политику конфиденциальности, чтобы узнать больше.