САМ СЕБЕ ОПГ. Как общение в мессенджере привело молодого парня к торговле наркотиками «в составе группы»

В.В., 1990 г.р., уроженца поселка Л. Минского района, задержали 18 октября 2019г. по подозрению в хранении и перевозке наркотиков с целью сбыта. Позже выяснилось, что в интернете В. переписывался с неустановленными лицами, у которых покупал весь необходимый товар для своих личных целей. Этот факт и послужил для правоохранительных органов, а в дальнейшем, и для суда основанием для переквалификации дела, как совершенного в составе организованной группы (ч.4 ст. 328).

До своего задержания В.В. был женат, имел высшее образованием, временно не работал. На досуге увлекался различными онлайн-играми, которые он любил обсудить со своими виртуальными друзьями. Для этого он пользовался британским мессенджером Vipole. Это мессенджер, использующий технологии шифрования для обеспечения полной приватности пользователей и защиты коммуникаций и файлов от несанкционированного доступа или попыток перехвата.

Благодаря своим инструментам шифрования все мгновенные сообщения, групповые чаты, голосовые звонки, видео-вызовы и файлы становятся недоступными для любого постороннего, пытающегося подслушать переговоры или перехватить сообщение. Именно поэтому получить доступ к данным пользователей практически невозможно.

Две стороны одной монеты

С одной стороны, приятно осознавать, что все твои личные данные являются недосягаемыми для злоумышленников и можно спокойно общаться с друзьями и родственниками. С другой, эти же прелести притягивают и нарушителей закона, ведь тот факт, что все твои преступные планы и намерения могут храниться в месте, недоступном для правоохранителей, не может их не привлекать.

Именно поэтому, сталкиваясь со множеством уголовных дел, связанных с наркотической преступностью, часто можно увидеть наименования «Telegram», «Vipole», «Hydra» и другие, использующие в своей деятельности разные способы шифрования.

В ходе очередного общения с товарищами в различных тематических чатах на тему сетевых игр В. познакомился с людьми, именовавших себя опытными наркоторговцами. По показаниям самого В., он решил придумать легенду, согласно которой также являлся опытным сбытчиком и в данной сфере находился давно. У них, в свою очередь, он решил выведать все интересные особенности столь опасного ремесла. Так и завязалось общение с этими «неустановленными следствием лицами», у которых В. стал получать координаты с месторасположением тайников с наркотиками, а именно, с гашишем.

Дальше, по словам В., «из приобретенного им гашиша, который он расфасовал и упаковал, он сделал несколько закладок с целью проверить свои ощущения, которые ему не понравились, в связи с чем он в дальнейшем не собирался забирать наркотические средства из тайника обратно, а также реализовывать его». Таким образом, 4 и 18 октября 2019 г. им были сделаны закладки гашиша массой 2,95 и 6,1 грамма, соответственно. Тот факт, что наркотики, заложенные в тайниках, так и не были реализованы, может играть в пользу В. Если данные попытки осуществлялись и не ради «ощущений», то вполне могли делаться в качестве, так сказать, тренировки, что все равно не является деянием, совершенным с целью сбыта.

Но, 18 октября после заложения тайника В. был задержан в своей машине на пересечении МКАД и Долгиновского тракта в Минске. В его автомобиле были найдены дополнительные порции гашиша.

Если даже отложить в сторону данные обстоятельства, остается главный и уже вечный вопрос.

«4 и 18 октября 2019г. им были сделаны закладки гашиша массой 2,95 и 6,1 грамма, соответственно. Тот факт, что наркотики, заложенные в тайниках, так и не были реализованы, может играть в пользу В. Если данные попытки осуществлялись и не ради «ощущений», то вполне могли делаться в качестве, так сказать, тренировки, что все равно не является деянием, совершенным с целью сбыта»

Почему всё-таки в составе ОПГ?

Знакомство между В. и неустановленными лицами завязалось на нейтральной площадке, в мессенджере. Чтобы их взаимодействие могло квалифицироваться как совершенное в составе организованной группы, напомним все те же 5 критериев ОПГ, совокупность которых для этого необходима согласно диспозиции ч.1 ст.18 УК: 1) состав из двух и более лиц; 2) предварительная объединенность; 3) управляемость; 4) устойчивость; 5) нацеленность на преступную деятельность.

Если пункты 1 и 5 являются весьма доказуемыми при всем желании, то 3 и 4 требуют обстоятельного рассмотрения. По мнению суда, данная организованная группа имела признаки управляемости, поскольку действия её участников были согласованы и спланированы относительно преступной деятельности по незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ, а роль и деятельность каждого из участников были четко разделены с обеспечением конфиденциальности и безопасности их участников под координацией её руководителей посредством интернета.

Об устойчивости группы, по мнению суда, свидетельствует продолжительная деятельность её участников по незаконному обороту психотропных веществ, со стабильным составом участников и тесной взаимосвязью между ними.

Из апелляционной жалобы: «Данные выводы суда являются необоснованными… В ходе предварительного следствия не был установлен руководитель, администратор и иные лица, располагающие конкретной информацией относительно характера, структуры и деятельности группы в целом. Содержащаяся в материалах дела переписка даёт весьма поверхностное представление о деятельности неустановленных лиц… Относительно переписки с моим участием необходимо отметить, что исходя из неё, не представляется возможным достоверно установить цель деятельности, количество участников, их роли, а также характер деятельности неустановленных лиц…

Данные выводы суда являются предположениями и не основываются на доказательствах, собранных по делу. В моей переписке нет никаких указаний на намерение сотрудничать с неустановленным лицом длительный период времени. Тесная связь между членами группы ничем объективно не подтверждается. Также в материалах дела нет сведений о том, что группа в случае выбытия отдельных её участников, имела способность продолжать свою деятельность».

Данное дело вновь отсылает к проблеме правоприменения не в целом статьи 328, а конкретной её 4-й части. Ведь В. признал свою вину частично, а именно, согласно ч. 3 ст. 328 (совершении действий по незаконному обороту особо опасных психотропных веществ в крупном размере группой лиц), но туманность при использовании информационных технологий, видимо, может ставить в тупик представителей судебной системы, ведь грамотно прописанного закона или комментария касательно данного рода правонарушений ещё просто нет. Поэтому при вынесении приговоров ссылаются на уже протоптанную дорожку своими коллегами, что только усугубляет положение с противоречивыми судебными прецедентами.

В любом случае помните не только об уголовной ответственности, но и последствиях для жизни и здоровья наших граждан, когда сталкиваетесь с наркотиками.

close

Подписка на новости

Подпишитесь, чтобы получать эксклюзивные материалы и быть в курсе последних событий!

Мы не спамим! Прочтите нашу политику конфиденциальности, чтобы узнать больше.