Беларусь столкнулась с необходимостью поднять налоги, и только-только начинающаяся фискальная реформа, сводимая пока к отмене ряда льгот и упорядочению деятельности ИП, уже подвергается ожесточенной критике, хотя по уму следовало бы критиковать фискальную систему, а не осторожные попытки что-то изменить в ней.
Между тем, белорусские власти попали в глобальный тренд: ведущие страны мира поднимают планку корпоративного налога, пытаются остановить отток капиталов в оффшорные гавани, резко опускают порог, поднимая ставку, налога на физлиц и т.п. Постковидная экономика обернулась новой фискальной реальностью, в которой богатых стремятся заставить платить больше.
Общую концепцию намечающихся изменений Александр Лукашенко охарактеризовал так: «Нельзя, чтобы ты набивал свои карманы, а люди вели полунищенское существование… Надо делиться: вы прилично заработали – помогите бедным… Мы всегда проводили эту политику: если ты заработал, ну, поделись с теми, кто на тебя работает, и плати налоги». Хотя глава государства ссылается преимущественно на китайский опыт, его подход в основных чертах совпадает с тем, что делают власти США, Великобритании, ЕС и рекомендует МВФ.
«Белорусские СМИ, возмущенно бубнящие, что поднимать налоги – это ой как нехорошо, проспали смену глобальной экономической парадигмы с неолиберальной на неокейнсианскую: Большое Правительство, высокие налоги, большие госрасходы, приоритет общественных интересов над индивидуальными и корпоративными»
«Налог солидарности» не хотите?
Белорусские СМИ, возмущенно бубнящие, что поднимать налоги – это ой как нехорошо, проспали смену глобальной экономической парадигмы с неолиберальной на неокейнсианскую: Большое Правительство, высокие налоги, большие госрасходы, приоритет общественных интересов над индивидуальными и корпоративными. Налоги оказываются в этой парадигме во главе угла: как сочувственно пишет колумнист Bloomberg, «в новой экономике фискальная политика взяла верх над денежно-кредитной». Например, в крупнейшей экономике мира – США – глава государства вынужден лично заниматься вопросами повышения «минималки», обеспечения полной занятости к 2022г., борьбы с безработицей и госвыплат социально не защищенным меньшинствам.
Чтобы понять, насколько все серьезно, достаточно вспомнить, что в апреле 2021г. МВФ призвал ввести добровольный «временный налог» для сглаживания неравенства. Объект налогообложения – компании, получившие необычно высокую прибыль в 2020г., а также компании, выигравшие от пандемии. Развитым странам Фонд рекомендовал повысить верхние ставки подоходного налога. «Символическое повышение налогов для тех, кто преуспел за последний год, укрепит социальную сплоченность, даже если не будет острой необходимости в восстановлении государственных финансов», – объяснил Витор Гаспар, директор Департамента по бюджетным вопросам МВФ.
К концу лета 2021г. эта точка зрения практически не изменилась. Главный экономист МВФ Гита Гопинат в недавней программной публикации для преодоления кризиса в условиях долговой нагрузки на госбюджеты советует правительствам делать ставку на налоги: «Фискальные действия должны быть вложены в надежные среднесрочные рамки для обеспечения того, чтобы долг оставался устойчивым. Для многих стран это будет означать повышение налогового потенциала, повышение прогрессивности налогообложения и устранение расточительных расходов».
Почему мейнстримная точка на налоги («нехорошо, когда бизнес платит много») в одночасье сменилась на противоположную («надо делиться»)? Потому что кроме богатых больше не с кого брать. И не только в Беларуси.
Рост состояний миллиардеров в крупнейших экономиках мира (2009-20гг.)
Корпоративные «минималки»
Взять можно только с богатых, потому что их количество и их состояния на протяжении последних десятилетий только росли (см. инфографику). Платежеспособность остальных потенциальных налогоплательщиков тем временем катастрофически падала: сперва по ней ударил глобальный финансовый кризис 2008г., для борьбы с которым деньги были выделены банковскому сектору, а не потребителям; затем население с затянутыми поясами пережило Великую Рецессию; наконец, после кратковременной передышки в конце 2010-х по доходам физлиц прошлась пандемия. Если посмотреть публичные заявления руководства МВФ за последнее десятилетие, то не менее половины будет посвящено борьбе с бедностью и неравенством. И это неудивительно: средний класс и в развитых, и в развивающихся странах за это время существенно сократился, а где-то и перестал существовать вовсе. Однако до сих пор основное налоговое бремя нес он и низкооплачиваемые низы, а не корпорации и не их бенефициары.
Справка «НДГ». Если в 1940-50-е гг. налоги на доходы физлиц и соцстрах в США составляли около 50% федеральных налоговых поступлений, а корпоративные налоги – еще 30%, то сейчас на налоги с физлиц приходится до 85% поступлений в бюджет, на корпоративные налоги – менее 10%.
В США, где все эти дисбалансы были наиболее заметны, и родилась идея новой фискальной политики: во-первых, обложить по полной корпорации, предпочитающие держать бизнес за рубежом, во-вторых, снять стружку с затаившихся в оффшорах миллиардеров. Европейские страны добавили в эту повестку идею минимального корпоративного налога (сперва речь шла о 21%, сейчас о 15%), который будет заплачен в любом случае по месту фактического ведения бизнеса. Всё это в сумме составило план глобальной реформы корпоративного налогообложения, фактически утвержденной странами G7 и ОЭСР, но еше нуждающейся в согласованиях и уточнениях.
Смысл реформы – исключить или хотя бы минимизировать при налогообложении конкуренцию юрисдикций, образно названную главой Казначейства США Джанет Йеллен «гонкой на дно». В первую очередь это ударит по крупным цифровым корпорациям, но в дальнейшем изменения коснутся и всего остального бизнеса, меняющего юрисдикции, как перчатки.
Повышение ставки корпоративного налога в США с 21% до 28%, как планирует Белый дом, уже получило публичное одобрение ряда знаковых фигур – например, того же основателя Amazon Джеффа Безоса, не раз и не два уходившего от налогов на миллиардные суммы. Слишком очевидной и вопиющей выглядит существующая диспропорция в налогообложении.
Справка «НДГ». По данным анализа Казначейства США, в 2018г. супружеские пары, зарабатывавшие около $150 тыс. в собственном МСБ, свыше 20% дохода платили в виде федеральных налогов на доходы и самозанятость, в то время как американские транснациональные корпорации (ТНК) платили менее 10% корпоративного подоходного налога на прибыль.
Если крупные бизнесы и их владельцы продолжат, как зайцы, удирать от налоговиков за рубеж, у США есть еще один инструмент – разработанный в 2016г. группой экономистов-республиканцев налог на денежные потоки по месту назначения DBCFT.
Справка «НДГ». DBCFT – основанная на пункте назначения и регулируемая границами международная система корпоративного налога на потребление, где налогом облагается все внутреннее потребление за исключением экспортируемых товаров и услуг. Последние будут облагаться налогами или льготами при пересечении платежами за них международных границ.
По словам главы американского Минфина, «с корпоративными налогами на историческом минимуме в 1% ВВП мы считаем, что корпоративный сектор может внести свой вклад, свою справедливую долю: мы предлагаем просто вернуть корпоративный налог к историческим нормам».
Охота на миллиардеров
Кроме корпоративного налогообложения приоритетной целью фискальных служб оказываются просто состоятельные люди. Планируется, что на повышенные налоги с богатых можно будет отфинансировать «план Байдена» на $3,5-4 трлн. (полное обновление инфраструктуры, переход на новые экологические стандарты, оплата отпусков, ухода за детьми, образования, здравоохранения и т.п.), выполнение которого, согласно кейнсианской парадигме, снова запустит маховик экономического роста. В демократической партии США принято считать, что при Франклине Делано Рузвельте такая тактика сработала против Великой Депрессии, хотя менее восторженные республиканцы настаивают на обратном.
Справка «НДГ». По расчетам Казначейства США, для финансирования “плана Байдена” придется повысить максимальную предельную ставку индивидуального подоходного налога до 39,6% и распространить её на одиноких граждан с налогооблагаемым доходом свыше $452700 и супружеских пар с доходом свыше $509300.
Богатым американцам придется заплатить, поскольку до сих пор налоговое бремя несли не они, а основная масса населения, с которой в результате взять сегодня уже нечего. Исчерпывающе на эту тему высказался экономист Ларри Саммерс, экс-министр финансов США, которого трудно упрекнуть в шариковском желании все взять и поделить: «Большинство наемных работников платят свою справедливую долю, в то время как многие владельцы бизнеса занимаются вопиющим мошенничеством за госсчет… В 2019г. Служба внутренних доходов подсчитала, что американцы платят налоги менее чем с половины доходов, не подлежащих сторонней проверке… Для сравнения: более чем 95% зарплат прозрачны для налогообложения».
В Европе ситуация аналогичная, причем европейские сторонники повышения налогов во многом радикальнее – в ЕС ощутимо сильнее левые и особенно «зеленые». В Старом Свете довольно популярна идея модного экономиста Тома Пикетти установить эффективную верхнюю планку богатства, которым может владеть индивид. Предложения по повышению прогрессивного налога здесь могут оперировать ставками до 70-90%.
Справка «НДГ». Как явствует из данных обследования финансов и потребления домохозяйств 22 стран ЕС, проведенного ЕЦБ, доля совокупного богатства, принадлежащего самому богатому 1% населения, составляет около трети, в то время как беднейшие страты владеют лишь 3%.
При этом средств у Европы ощутимо меньше, чем у Америки, а расходы предстоят даже более высокие: помимо преодоления последствий коронакризиса речь идет о переходе к безуглеродной экономике, финансировать который планируется за счет поставщиков энергии и топлива. На практике это означает, что педантичный европейский бюргер заплатит дважды: сперва возросшими тарифами на ЖКУ, затем усиленным налогообложением. Еще раз: денег ЕС понадобится много, очень много, поэтому и обсуждается идея «общеевропейского налога на богатство».
Справка «НДГ». Публикация группы университетских профессоров-экономистов в Social Europe рассматривает 4 модели налогообложения богатых. Модель №1 предусматривает единый налог 2% на домохозяйства, чей состояние превышает €1 млн., и принесет бюджетам ЕС-22 €192 млрд. (1,6% ВВП). Модель №2 основана на умеренно-прогрессивном налоге со шкалой от 1% на состояния свыше €1 млн. до 3% на состояния свыше €5 млн., её эффект оценивается в €224 млрд. (1,9% ВВП). Модель №3 обещает прогрессивный налог от 2% на состояния свыше €2 млн. до 10% для домохозяйств, у которых накоплено более €500 млн., и €357 млрд. (3% ВВП) налоговых поступлений. Модель №4 вводит лимит на состояния примерно в €260 млн. с верхними ставками в 60% для состояний, в 1000 раз превосходящих средний уровень ЕС-22, и 90% для состояний свыше €2,6 млрд. Её эффект оценивается в €1,281 трлн. (10,8% ВВП) в первый год, затем налоговые поступления стабилизируются на более низком уровне.
Не факт, что наиболее радикальные предложения будут приняты. Тем более не факт, что они дадут ожидаемый эффект. Но выхода, по большому счету, нет: в условиях финансиализации, при которой все виды бизнесов низкомаржинальны, а то и убыточны, прибыль генерирует только финансовый сектор, аккумулирующий крупные капиталы. Но если все деньги забрать из сферы инвестиций (реальный сектор) и потребления (домохозяйства), чтобы закачать их в высокодоходный финансовый сектор, дуба дадут и наголоплательщики, и налоговики, и все остальные категории граждан, экономика остановится, а цивилизация прекратит существование. Поэтому государство вынуждено отнимать и перераспределять – порою нарочито грубо и неэффективно.
